Описание женьшеня и его история

Название: Женьшень

Синонимы: настоящий женьшень, корень, корень жизни, человек-корень, стосил (рус.); gin-seng, gen-seng, gin-zing, jin-chen, gin-zin, jen-shen, jen-kien, kui-kai, shen-t'sao, t'u-tsing, huang-shen, schin-schen, schin-scheng, schin-sen, som, sin-som (кит.); orkoda, orchota, orochota (маньчжур.); sam (кор) ninjin, otane-ninjin, Tyosen-ninjin, Kusuru-ninjin (яп.); kitipin kumunun (монг.); soasai (татар.); ginseng, Chinese ginseng, Asiatic ginseng, Oriental ginseng, Korean ginseng, Japanese ginseng (англ.)

Латинское имя: Panax ginseng c.a. meyer

Другие виды: Панакс пятилистный - Panax quinquefolius L. (англ. ginseng, redberry, western ginseng, American ginseng, occidental ginseng, Canadian ginseng, seng, sang).

Панакс трехлистный - Panax trifolius L. (англ. dwarf ginseng, ground-nut), "земляной орех".

Панакс двоякоперистый - Panax bipinnatifidus Seem. (кит. Yu-yeh Chu-chieh Seng, "перовидный бамбуковый женьшень")

Панакс вьетнамский - Panax vietnamensis На et Grushv

Панакс японский - Panax japonicus C.A. Meyer (яп. chikusetsu-ninjin, tochiba-ninjin)

Ложный женьшень - Panax pseudoginseng Wall. (кит. san-ch'i)

Химический состав: Тритерпеновые гликозиды - гинзенозиды (панаксозиды А, B, С, D, E, F и т.д.); Биологически активные полиацетилены; Пептиды; Полисахариды (глюкоза, галактуроновая кислота, арабиноза, ксилоза, рамноза, галактоза); Эфирные масла (сесквитерпены); Витамины (С, группы В, пантотеновая, никотиновая, фолиевая кислоты); Слизи; Смолы; Пектин; Аминокислоты; Железо; Медь; Кобальт; Марганец; Молибден; Цинк; Хром; Титан; Металлический германий и его соли.

Женьшень представляет собой травянистый многолетник с зеленым или зелено-бурым стеблем до 80 см (редко 86 см) высотой и около 0,7 см в диаметре. В большинстве случаев стебель одиночный, однако встречаются и многостебельные растения. В исключительных случаях число стеблей доходит до 6. На вершине стебель несет мутовку из нескольких (2-6) пальчатосложных листьев на черешках до 10 см длиной. Листья взрослого растения насчитывают 5 листочков обратнояйцевидной или обратноланцетной формы; средний самый крупный, 4-20 см длиной и 2-8 см шириной, крайние существенно меньше. Листочки по краю мелкопильчатые, голые или с очень редкими волосками. Расположены они на черешочках до 3,5 см длиной.

Цветонос, поднимающийся из середины мутовки, в длину достигает 24 см (в культуре 30 см и более) и имеет обычно один терминальный зонтик. У зрелых растений с хорошо развитым корнем ему нередко сопутствуют еще несколько (1-4) боковых зонтиков. Последние часто с прицветниками до 0,8 см длиной и 3 мм шириной. Цветки мелкие, обоеполые, зеленовато-белые, около 4 мм в диаметре. В зонтике насчитывается в среднем 16 цветков, но встречаются и многоцветковые экземпляры(более 40 цветков), а на плантациях можно найти растения, имеющие более 100 цветков. Количество цветков увеличивается с возрастом растения.

Плоды ярко-красные, их размеры составляют в среднем 1,5х0,9х0,7 см, с желтой мякотью, сжатые сверху и с боков, содержат две плоские светло-желтые косточки. Последние вдоль верхнего края имеют валик и ясно выраженные жилки по параллельно лежащим канавкам.

Корень желтоватый, мясистый, цилиндрический, до 3 см и более в диаметре, с многочисленными разветвлениями. В корнях женьшеня отсутствуют механические ткани, придающие растительным органам упругость и жесткость, их твердость достигается за счет тургора. С одной стороны, это приводит к тому, что в случае проникновения патогенов корни женьшеня быстро разлагаются из-за отсутствия механических барьеров для инфекции. С другой стороны, корни женьшеня сохраняют способность к изменению своей формы, в частности к сокращению. Контрактильные, т.е. сокращающиеся, корни позволяют женьшеню втягивать в глубь почвы зимующую почку, тем самым защищая ее от зимних морозов. С действием контрактильных корней связаны суеверные представления о том, что корень "уходит" в землю, для предотвращения чего добытчики прошлых лет "запирали растение на замок," завязывая вокруг стебля специальную веревочку.

Ареал женьшеня лежит в пределах 40-48° с. ш. и 125-137° в. д. и охватывает площадь примерно в 500 тыс. км2. Природный ареал женьшеня к концу текущего столетия сильно сократился и представлен сегодня лишь двумя основными популяциями. Первая из них, и самая большая, оккупирует южную половину Сихотэ-Алиня, а вторая состоит из российской (Надеждинский и Хасанский районы) и китайской (провинции Дзилинь и Хейлунцзян) частей. Синие Горы (Спасский район Приморского края) иногда рассматривались как отдельная зона местообитания женьшеня.

Вне ареала женьшень выращивается во многих странах Северного полушария. В природе женьшень растет одиночно или группами. Известны случаи, когда такие группы, или "семьи", насчитывали до 100 отдельных экземпляров разного возраста. Женьшень предпочитает зрелые густые кедровые, кедрово-чернопихтово-широколиственные, грабовые леса и сравнительно богатую, хорошо дренированную почву.

В 30-х гг. нашего столетия Имамура Томоэ издал фундаментальную 7-томную "Историю женьшеня", в которой, обработав значительное количество древних китайских и корейских книг, а также современный ему материал, собрал огромное количество фактов, касающихся экономики, фармакологии, возделывания, истории изучения этого растения с самых ранних времен. Отдельный том (более 600 страниц) был посвящен перечню всех существовавших к тому времени наименований женьшеня, которых оказалось более пятисот.

Замечательные свойства женьшеня связывались в прошлом с его якобы чудесным, сверхъестественным происхождением. Так, согласно одной из легенд, он зародился от удара молнии в прозрачный горный ручей. Вода иссякла, а в том месте, куда угодила молния, появилось растение, вобравшее в себя силу "небесного огня".

Другая легенда повествует о том, что когда-то в Китае жил женьшень - корень, обладающий могущественной силой превращения в животных и человека. Люди в то время еще не знали о его существовании. Но великий пророк и философ Лао Цзы обнаружил его целебную силу и выдал людям его приметы. Спасаясь от беспокойства, женьшень бежал на север, но не смог скрыться и здесь: другой ученый, Лао-Хань-Ван, при помощи своих целебных трав снова открыл его местонахождение.

Некоторые авторы считают, что в Китае женьшень в лекарственных целях начали использовать около 3000 лет назад, но большинство других называют менее отдаленные сроки. Одно из первых достоверных упоминаний о лекарственном использовании женьшеня содержится в древнейшем труде китайского императора Шень-нуна "Шень-нун-Бэнь-цао". В нем согласно одной из рукописных копий 365 трав были классифицированы на 3 категории по их эффективности, связанной с токсичностью. Наиболее ценными считались растения, которые оставались безвредными даже в больших количествах; их употребляли главным образом в профилактических целях, или в процессе выздоровления после перенесенных заболеваний. Эту группу "королевских трав" возглавлял женьшень.

Позднее, в 502 г. н. э., появилось дополнение к сочинению Шень-нуна, написанное Тао Хун-чинем, где также были помещены сведения о женьшене и где были описаны уже 730 трав. С тех пор большинство китайских книг о лекарственных средствах непременно содержали в себе раздел, посвященный женьшеню; со временем в них стали включать и условия выращивания целебного корня.

Одним из важнейших источников знаний о женьшене стал 52-томный труд китайского фармаколога и врача Ли Ши-ченя "Бэнь-цао Кань-му", появившийся в 1592 г. Автор затратил на его составление 27 лет и включил в него описание почти 2 тыс. не только растительных, но также животных и минеральных лекарственных средств и композиций из них.

Информация о женьшене строго охранялась, однако была высказана уверенность, что будто бы уже Конфуций (2500 лет назад) ссылался на большую целебную силу женьшеня. С этим трудно согласиться, но в X в. таджикский ученый и мыслитель Авиценна уже определенно описал женьшень в фундаментальном труде "Канон врачебной науки". Марко Поло в книге о своем путешествии по Востоку (1274) сообщал о некоем "эликсире жизни". В 1610 г. голландские купцы впервые завезли таинственное растение к себе на родину из Японии. Спустя 3 десятилетия, в 1642 г., миссионер Семедо Альваро при описании Китайской империи упомянул также и о женьшене. Так, постепенно, в Европу проникали разрозненные данные о существовании в восточных землях растения, обладающего исключительными лечебными свойствами. И все же до начала XVIII в. сведения об этой чудесной панацее были самыми противоречивыми, а порой совершенно фантастическими.

Только в 1711 г. появилась первая достаточно серьезная работа, принадлежавшая французскому монаху-иезуиту Жарту, которая более близко познакомила европейцев с женьшенем. Жарту писал: "...они говорят, что это великолепное средство от всех видов слабости, вызванных чрезмерным переутомлением тела или духа; что он излечивает слабость легких и плеврит; что он останавливает рвоту; что он укрепляет грудь и является лекарством от одышки; что он укрепляет желудок и способствует аппетиту; что он усиливает жизненную силу, увеличивает лимфу крови; что он хорош против головокружения и слабого зрения и что он продлевает жизнь в старости".

Вскоре после публикации Жарту французский миссионер в Квебеке (Канада) Жозеф Франсуа Ляфито исходя из описания, данного его соотечественником, обнаружил неподалеку от Монреаля пятилистный женьшень (1716 г.). Оказалось, что североамериканские индейцы были хорошо знакомы с этим растением и использовали его в лечебных целях задолго до того, как на американском континенте появились европейские колонисты. Индейцы Канады применяли пятилистный женьшень в качестве кровоочистительного средства. Его использовали ирокезы, знали о его целебных свойствах индейцы племен Фокс, Анандас, Онейда, Потавотоми. Индейцы племени Чероки звали американский женьшень atali gunli - "карабкающийся по горам", ирокезы именовали его "гарант-оген", а сиу обладали секретом процедуры консервирования его корня, в результате которой он становился беловатым и полупрозрачным.

Широкий спектр лекарственных свойств женьшеня обусловлен разнообразием и сложностью химических веществ, накапливающихся в его клетках. Многие из этих веществ изучены достаточно хорошо, однако есть и такие, для которых пока известна только их принадлежность к определенному классу соединений. Большая работа, например, предстоит с биологически активными пептидами женьшеня, полисахаридами и эфирными маслами. Главными действующими веществами женьшеня считаются тритерпеновые гликозиды - гинзенозиды, которые в прошлом чаще называли панаксозидами.

Лекарственное использование женьшеня в историческом плане можно условно разбить на два этапа: интуитивно-эмпирический и научный. Продолжительность их различна (первый насчитывает тысячелетия, второй - менее века), но значимость соизмерима, и пренебрежительное отношение к эмпирическому этапу ничем не оправдано: собранные в то время знания до сих пор служат основой и причиной научного поиска.

В Китае сложился богатейший опыт лечебного использования женьшеня. Ли Ши-чень утверждал, что женьшень "излечивает всякие болезни: рябь в глазах, головные боли, тошноту, рвоту, поносы, беспрерывное течение мочи, течь грязной мочи, поврежденные внутренние органы, простудные заболевания, болезни от солнечных ударов, кровохарканье, кровяной кашель, кровяные испражнения, кровяную мочу, большие кровотечения у женщин, кроме того, женьшень помогает женщинам как во время беременности, так и после родов".

В обстоятельной статье о маньчжурских аптеках, содержащей также сведения о приготовлении и использовании различных лекарственных средств, К.И. Завойский (1905) писал об использовании женьшеня в северо-восточном Китае: "...главным образом он рекомендуется при упадке общего питания; при общей слабости, исхудании и малокровии его полезно сосать во рту и потом, разжевав, проглатывать; при ночных изнуряющих потах, при хроническом кашле, кровохарканье и одышке - в виде отвара по 3-5 чен на прием; при половом бессилии, поллюциях и большом количестве мочи - тоже в сборах; при бессоннице, тяжелых снах, головной боли, пугливости и нервности - тоже внутрь; при различных расстройствах желудка и кишок, при затяжных, долго не заживающих опухолях, кровоподтеках и ушибах; наконец, наружно - в виде порошка для присыпки кожных язв".

Некоторые сведения об использовании женьшеня китайцами сообщает Р.К. Маак:

"Зимою, отправляясь в дальнюю дорогу, китайцы и некоторые ходзены берут с собой женьшень, так как он составляет, по их мнению, весьма сильное согревающее средство, сверх того, он может на некоторое время помочь переносить недостаток съестных припасов".

В традиционной медицине Китая женьшень назначают при общей слабости, потере аппетита, одышке с потением, сильном сердцебиении при чрезмерном возбуждении, плохой памяти, потере сил, половой слабости, сахарном диабете, малокровии, кровохарканьи, некоторых заболеваниях бронхов. Корни женьшеня часто входят в состав противораковых средств китайской медицины.

В Европе к женьшеню долгое время относились скептически. В конце XIX в. исследователь китайской медицины Э. Бретшнейдер писал, что, хотя у китайцев женьшень ценится высоко, эксперименты, проделанные европейскими врачами, доказывают, что он не обладает стойким эффектом. Пренебрежительное отношение к целебным качествам женьшеня привело к тому, что в Европе, немало преуспевшей в сеянии других лечебных трав, промышленных плантаций женьшеня долгое время не было. Лишь в середине 50-х гг. первые небольшие плантации на основе материала (семена, живые растения), полученного в Китае, были созданы в Болгарии, а в середине 80-х гг. в Чехословакии, под Братиславой, была заложена довольно крупная плантация на базе Приморской популяции женьшеня. Вот как в свое время объяснял равнодушие европейской медицины к восточному универсальному лекарству Н.В. Кюнер (1912): "В Восточной Азии, именно в более южных областях ее, благодаря особенностям климата и прочим физическим условиям, растительному режиму питания населения, особенностям его организма, с повышенной деятельностью нервной системы и даже признаками истеричности (это можно сказать по отношению к южным китайцам), действие различных лекарственных препаратов из корня женьшеня оказывается более сильным и потребность в нем, благодаря более страстному темпераменту населения, является большей (в северном Китае женьшеня продается гораздо меньше). Все это способствовало увеличению здесь репутации самого корня и повышало его рыночную ценность..."

Но страстные проповедники женьшеневой терапии не жалели усилий. В этом принимал участие и В.К. Арсеньев (1914): "Относительно целебных свойств женьшеня мнения современных ученых расходятся, хотя за последнее время французские естествоиспытатели начинают склоняться к точке зрения китайцев. И в самом деле, трудно допустить, чтобы все корейцы и китайцы, численностью около пятисот миллионов, - заблуждались. Приобретают женьшень не бедняки, а только богатые. Для простого народа он почти недоступен. Известно, что европейцы до сих пор подвергают осмеянию чужую медицину только потому, что ничего в ней не понимают. Как при приеме мышьяка или железа надо соблюдать известную диету, так и при приемах женьшеня требуется изменить режим жизни. Европейцы не знают этого и удивляются, что женьшень не помогает" .

Их усилия не пропали даром. В настоящее время женьшень включен в фармакопеи многих стран Европы. Он рекомендуется при переутомлении и слабости, потере веса, половом бессилии, как средство, регулирующее обмен веществ. Другое важное свойство женьшеня - адаптогенное. Применяется женьшень и в качестве средства, стимулирующего центральную нервную систему; важно, что при этом не превышаются физиологические пределы работоспособности. В эксперименте неочищенные препараты женьшеня оказывали противовоспалительное, ранозаживляющее, противоанемическое, желчегонное, антиоксидантное, радиозащитное, противоопухолевое, антисклеротическое действие.